ПАМЯТЬ. СОРМОВСКИЙ Т-34 ПРОБЬЁТСЯ СКВОЗЬ ЛОЖЬ!!!

Танк Т-34

Память. Сормовский Т-34 пробьется сквозь ложь

 Газета «Ленинская смена», продолжая серию статей о «чудесах техники» (именно так, в кавычках называет ее редакция оружие, что было создано на оборонных заводах нашего города в годы войны), в № 27 от 6 июля 2014 г. опубликовало материал о танке Т-34, «который ( цитируя редакционную врезку «ЛС» к статье – авт.) по некоторому (предвзятому) мнению являлся чуть ли не лучшей боевой машиной Второй мировой войны».

 Как вы думаете читатель, кто лучше разбирается в танках – немецкий генерал Гудериан, не раз испытавший на своих войсках силу Т-34, советский генерал Ротмистров, командовавший в годы войны танковой армией, наконец механик-водитель, который провел свою боевую машину через десятки боев, или молодой историк, видевший Т-34 только на фотографии да в кино?

 Автор этой статьи в «ЛС», Анна Райнич, считает, что она в танках разбирается лучше, чем те, кто их строил и на них воевал. Даже свою статью о Т-34 она назвала так: «Бронированный Микки Маус». Дескать, немецким солдатам на фронте после встреч с Т-34 становилось так смешно, что они вспомнили мультфильм Уолта Диснея и назвали русский танк в честь этого озорного мышонка.

 У ветеранов Великой Отечественной, и особенно у танкистов, эта публикация в «ЛС» своей некомпетентностью и апломбом вызвала возмущение.

 «Да что за глупость!»  — то и дело восклицал, например, читая статью Анны Райнич, Владимир Михайлович Зотов, в годы Великой Отечественной воевавший на Т-34. – «Откуда она это взяла? Кто ей рассказал такую чушь?».

 «…Даже 37-мм немецкая пушка насквозь пробивала как «тридцатьчетверку» так и ее легендарного собрата КВ», — пишет Анна Райнич, — «броня Т-34 кололась даже при попадании снарядов малого калибра». Во время движения «танк буквально трещал по швам». «Ездить на Т-34 было тоже нелегко. Чтобы переключить передачу усилий одного механика-водителя не хватало, посему ему приходилось помогать сидящему рядом радисту».

 -Я служил именно механиком-водителем, — рассказал Владимир Зотов, — и не помню, чтобы когда-нибудь радист помогал мне переключать передачи!

 В армию Владимир Зотов пошел в декабре 1942 года добровольцем, 17-летним мальчишкой, и попал в 30-й учебный танковый полк, располагавшийся в Челябинске.

 -В январе 43-го мы приняли Присягу, — вспоминает Владимир Михайлович, — и сразу же началась учеба, до мая этого же года. Учили нас на механиков-водителей и командиров танков Т-34 и КВ. Учеба шла целыми днями: до обеда – теория, изучение материальной части танка, потом допоздна – вождение Т-34 на полигоне. Учили нас хорошо, как механик-водитель я чувствовал себя уверенно. За знание матчасти танка у меня была «пятерка», по окончании учебы получил звание старшего сержанта.

 В мае 43-го старший сержант Зотов вместе с его товарищами приехал на завод «Красное Сормово» получать новые танки.

 -Владимир Михайлович, и каким же было качество сормовских «тридцатьчетверок»? Неужели и правда «трещали по швам», как пишет Анна Райнич?

 -За качеством на заводе следили строго, да я и сам, конечно, тщательно осмотрел весь танк. Никаких замечаний у нас не было. Все в машине было в комплекте, как положено, все механизмы работали хорошо. Люди же понимали, что от качества их работы зависят наши жизни. Танки же делали для своих сыновей, отцов!

 41-я танковая бригада, в которой служил Владимир Зотов, из Сормова была переброшена железной дорогой сначала в Тулу, а затем, своим ходом, на Западный фронт.

 -И как показали себя Т-34 в первом бою?

 -Первый бой у меня был 12 июля в Калужской области, — рассказал Владимир Михайлович. – Надо было по притопленному мосту перейти реку Фомину, шириной 50-60 метров, и атаковать позиции противника. Перешел мост, лощину и сразу в атаку. Почувствовал, что в танк попал немецкий снаряд – от удара по броне был звон в ушах, но не остановился,  иду вперед. Выскочил сбоку на батарею немецких орудий и раздавил четыре пушки и нескольких артиллеристов, кто не успел отскочить. Бой шел примерно полтора-два часа, прошли мы тогда батальоном 5-8 километров, а потери составили 2-3 танка подбитыми из 30, и один танк встал, что двигатель забарахлил. В каждой роте был механик, регулировщик двигателей, он исправлял неполадки, были и ремонтники, да мы и сами умели ремонтировать, если несложно. После боя осмотрел броню своего танка: была одна вмятина от попадания снаряда, глубиной сантиметра два. Стреляли по мне не из 37-мм орудия, было что-то гораздо серьезней, а броня выдержала.

 Анна Райнич же написала, что сормовичи отливали танковую броню из того, что находили на свалке… Потому она дескать и «кололась».

 41-я танковая бригада, а с ней и старший  сержант Зотов, с 12 июля по 3 августа прошла с боями 95 километров.

 -Всего я за эти три недели провел 15-20 атак, — вспоминает Владимир Михайлович, — В моем танке за это время была только перебита гусеница, но ее быстро исправили. Батальон же в этих боях потерял, помню, 5-6 танков подбитыми. О потерях противника не знаю, это надо в документах штаба смотреть.

 -Огня каких калибров немецких пушек вы тогда боялись?

 -По звукам выстрелов мы быстро научились понимать, какие немецкие пушки по нам стреляют. Огня 37- и 50-мм орудий не боялись вообще, с 75-мм надо было быть осторожней, самые страшные – 88-мм орудия.

 -А с немецкими танками какие у вас были «отношения»?

 -Т-3 и Т-4 не боялся, с «Тигром» шутить было нельзя. Но, когда воевал на Т-34 с 85-мм пушкой, то не боялся и «Тигров».

 -Конечно, случалось вести бои и с танками?

 -В Белоруссии я воевал уже командиром орудия на Т-34 – надоело быть механиком-водителем, хотелось самому стрелять. Тогда в одном бою, из засады, подбил четыре танка Т-3, расстрелял их совершенно спокойно, а потом сжег еще две самоходки и разбил шесть противотанковых орудий. За тот бой меня и наградили орденом Славы 3-й степени.

 -С «Тиграми» приходилось встречаться?

 -В Латвии. Попал ему в корму и в гусеницы. Когда этот «Тигр» встал, из верхнего люка вдруг вылетели… куры! Оказалось, что танк ездил на грабеж и в нем был мешок с курами. Мы тогда так хохотали – немцы из танка выскочили и бегут с курами наперегонки – что и добивать танкистов не стали. 

 -А самому доводилось быть подбитым или гореть?

 -В Белоруссии мне под башню угодил снаряд из «Фердинанда», метров с 600-800. Танк загорелся. Лейтенант, командир танка, и механик-водитель были убиты, а у меня – только шум в голове. С заряжающим вытащили убитых товарищей из машины, потушили огонь. Потом танк восстановили. Второй раз подбили в Латвии, под Ригой, я тогда был ранен, а наш командир танка, лейтенант Малышев, горьковчанин, убит. Вытащил его из танка, не дал сгореть. Отбивался тогда от немцев из снятого с танка пулемета, вместе с нашей пехотой. Восемь раз доводилось гореть, на марше – от зажигательных бомб, сброшенных с немецких самолетов. Но каждый раз танк ремонтировали, и снова на нем же воевал. А чтобы танк выходил из строя от каких-то технических неполадок по вине завода – такого в 43-45 годах я не видел.

 …Владимир Зотов воевал танкистом до Победы. Ему выпало жить. Многие его боевые товарищи, как, например, комбат Герой Советского Союза капитан Николай Мороз, погибли. Но погибли они в боях, а не из-за того, что воевали на якобы плохих сормовских танках. Если бы сормовские Т-34 были такими плохими, что их броня «кололась даже при попадании снарядов малого калибра», как уверяет читателей Анна Райнич, то зачем же тогда немцы потратили столько сил на изготовление «Тигров», «Пантер», а затем и «Королевских тигров» – не проще ли было бы выпускать одни 37-мм пушки? 

 За танки Т-34 завод «Красное Сормово» 33 раза награждался переходящим Красным Знаменем ГКО, труд сормовских танкостроителей отмечен орденами Ленина и Отечественной войны 1-й степени.  Тысячи заводчан в годы войны награждены орденами и медалями, и что же, если поверить Анне Райнич – не за свой самоотверженный труд, а за халтуру?

 Можно привести десятки свидетельств специалистов, с фактами в руках доказывающих, что Т-34 был лучшим танком Второй мировой войны. Например, Герой Советского Союза В.В. Клочков, полковник, кандидат военных наук, однополчанин Владимира Зотова, писал: «Я могу сказать, что был влюблен в Т-34, в это творение русских умельцев…»

 В музее завода «Красное Сормово» хранится письмо сормовичам старшин Мальцева, Медведева, и Барсукова из экипажей танков «Амуровец», «Забайкалец» и «Мститель»: «На ваших машинах мы прошли и освободили почти всю дружественную нам Польшу. Наш экипаж уничтожил два бронетранспортера немцев, несколько орудий и несколько десятков фрицев отправил на тот свет. Все три машины, пройдя путь в 1500 километров, исправны и сейчас готовы к бою за Берлин».

 Но вряд ли эти и другие слова с оценкой качества сормовских Т-34 переубедят Анну Райнич. Ее восхищают только «Тигры», и в своем опусе сей автор, похоже, даже жалеет, что их было выпущено слишком мало. Впрочем, как выяснили нижегородские ветераны-танкисты, за этим псевдонимом скрывается мало уважаемый среди серьезных нижегородских историков Дмитрий Дегтев, автор столь же глумливых статей о подводных лодках и самолетах. Упорному труду историка в поисках истины этот автор предпочел позорную славу Герострата.

Валерий КИСЕЛЕВ

Справка: СССР за годы войны выпустил 95 099 танков и самоходно-артиллерийских установок. На заводе «Красное Сормово» было выпущено более 12 тысяч танков. Промышленность гитлеровской Германии произвела за то же время 53 800  боевых машин.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.